Студентка ТПУ: как легко и интересно жить на стипендию

| 779

Студенты – экономическое и духовное богатство Томска: каждый восьмой житель города учится в одном из местных вузов. Студентка Томского политехнического университета (ТПУ) Ольга Блохина с ее внешностью вполне могла бы стать, например, телеведущей. Но, говорит, неинтересно. Сейчас она ищет способы ликвидировать разливы нефти, занимается с детьми-инвалидами, верит всего в одну сказку и копит со своей стипендии в 50 тысяч рублей на исполнение мечты.

tomsk.ria.ruФото: tomsk.ria.ru

Мама довольна

В старшей школе Оля увлекалась правами человека, но в 11 классе «повернулась совершенно в другую сторону» и собралась поступать в ТПУ в Институт геологии и нефтегазового дела. На специальность «Проектирование, сооружение и эксплуатация газонефтепроводов и газонефтехранилищ».

«Знаний хватало: школу я заканчивала с золотой медалью, хорошо знала все предметы. Но все вокруг говорили и до сих пор многие говорят: «Зачем тебе все это? Ты же девочка!». Мама закончила ТПУ, но она химик, папа тоже никак не связан с нефтяным делом. А я поступила и не жалею», – улыбается девушка.

Летом 2012 года Ольга окончила университет с красным дипломом. Сейчас учится в магистратуре, в ее группе «пять девочек и 28 мальчиков». Специальность не меняла и не собирается. В будущем планирует получить второе высшее – экономическое. А пока параллельно с магистратурой учится на переводчика в нефтегазовой отрасли.

С Блохиной в семье началась «нефтяная династия» – ее старшая сестра, хоть и закончила биолого-почвенный факультет Томского государственного университета (ТГУ), работает в крупной нефтяной компании. Двоюродный брат поступил учиться в ТПУ на «нефтегазовую» специальность. Молодой человек Оли тоже нефтяник.

«Все при хорошем прибыльном деле, все устроены в жизни – то есть мама довольна?» – спрашиваю.

«Довольна», – кивает Блохина.

«Думать за суперменов»

После нескольких практик Оля сделала вывод, что работать с мужчинами ей нравится больше.

«Почему – не знаю. В каких-то случаях женщины надежней, в каких-то – мужчины, так что не в надежности дело. Но они (мужчины), когда объясняют, по полочкам все раскладывают. Девочка может сказать, что «вон та вон синенькая труба», а мужчина объяснит, где она и какого диаметра, – поясняет Блохина.

При этом, по мнению девушки, в любой команде должно быть четкое разделение труда, в том числе и по гендерному признаку. Например, девушки разрабатывают план и думают, что должно получиться в итоге, а молодые люди перепроверяют и делают.

«В «Газпроме» мы на практике учились работать с газопроводами. Это очень полезно, ты понимаешь, как все устроено не по чертежам, а на самом деле… Задвижки некоторые нужно вручную двигать. Для девочек это тяжело, и нам помогали мальчики из группы. А мы им в другом чем-то помогали», – привела пример Блохина.

Ее научная работа отвечает принципам разделения труда. Ольга исследует томский торф, выясняя его абсорбционные свойства – то есть способность собирать нефть. Таким образом, студентка «помогает думать суперменам» – тем, кто устраняет разливы нефти и порывы нефтепроводов.

«Торф нужен, чтобы собирать разлившуюся нефть. Например, при порыве нефтепровода. Сейчас пользуются канадским торфом. А у нас свой есть. Прямо под Северском (закрытый город-спутник Томска), например, залежи. При этом наш торф по абсорбционным способностям примерно такой же, как канадский, но обходиться будет дешевле, – пояснила Блохина.

Торф исследуют здесь же, в одной из аудиторий ТПУ. В шкафу стоят несколько десятков контейнеров с образцами, большинство – из болот Томской области. Для исследований торф, внешне очень напоминающий обычную грязь, измельчают. Торф «крупного помола» получается на принесенной из дома мясорубке, «мелкого помола» – в домашней же кофеварке.

После этого получившиеся гранулы опускают в нефть, налитую в стеклянную вазочку и напоминающую черничное варенье или соевый соус. Потом взвешивают напитавшийся нефтью торф и сравнивают, насколько увеличилась масса. По наблюдениям Ольги, один грамм томского торфа впитывает три-восемь граммов нефти.

Девушка пока занимается лабораторной работой, в экспедиции за образцами девушка еще не ездила, но поездки ее не пугают – «не на Васюганские же болота» (самое большое болото в мире – ред.). Зато боится работы вахтами или далеко от родного Томска.

«У меня все друзья здесь, родители, близкие. Нет ни одного друга в другом городе, ни разу не пробовала дружбы или любви «на расстоянии». И не хочу. Мне кажется, что это ослабляет чувства. Наверное, поэтому и хочу работать в России и не ездить на вахты», – рассказывает Блохина.

Надо быть бараном

По знаку зодиака Оля – овен. Считает, что это тоже повлияло на характер – очень упряма. И благодаря упрямству «добилась всего того, чего добилась», хотя из-за него же иногда страдала.

«Мама меня из-за моего редкостного упрямства называет иногда «мой баранчик», – смеется девушка.

И добавляет, что верит всего в одну сказку – о Золушке. Именно потому, что ее героиня всего добилась сама – и порядка в доме, и принца.
При этом Оля, в отличие от большинства томских студентов, не работает ни официанткой или продавцом, ни по специальности. И не сидит на родительской шее. Блохина живет на стипендию. Причем не на привычные для Томска 1,6 тысячи рублей (базовая) или 2,3 тысячи рублей (повышенная).

«Нам в вузе сказали, что твоя стипендия около 50 тысяч рублей. Правильно? – спрашиваю. Ольга улыбается, жестикулирует, и, в конце концов, кивает, что «где-то так». Смеемся, что «Родя Раскольников учился не там и занимался не тем».

Оля поясняет, что это не одна стипендия, а несколько – за научную, учебную и общественную деятельность. Все три стипендии присуждаются на конкурсной основе. По словам Блохиной, получить их не так уж и трудно, причем в любом вузе – нужно просто быть пунктуальным, учиться, вовремя сдавать сессию, интересоваться тем, что делаешь, уметь отдыхать и оформлять документы.

«Вовремя получать знания – это и в жизни важно, чтобы быть успешным. Вообще все нужно делать вовремя… Нужно вовремя менять вид деятельности, правильно распределять время. Я же не каждый день учусь или занимаюсь наукой. В выходные, например, я езжу в детский дом, занимаюсь с детьми. Правильно оформлять документы тоже важно – у меня есть знакомые, которые занимаются действительно интересным и нужным делом, но они не могут это правильно подать», – разъясняет Ольга.

Часть стипендии у нее уходит на оплату обучения на переводчика, часть – на обычные студенческие расходы, часть остается. По ее мнению, денег она тратит не больше, чем другие студенты. Просто остальным деньги дают родители или приходится работать.

При этом девушка не сразу смогла ответить, от чего она получает большее удовольствие – от того, что получилось что-то сделать, или от ощущения, что стала лучшей.

«Безусловно, приятно, когда становишься первой. Но все-таки приятней достигать чего-то. А часто бывает, что чего-то достиг и получил за это признание. А потом, когда к чему-то стремишься или чего-то достигаешь, понимаешь, что снова можешь стать из-за этого лучшей», – рассуждает студентка.

Дети – свои и еще «свое»

Два-три раза в месяц Оля ездит в интернат «Орлиное гнездо» под Томском. Больше года назад она с единомышленниками выиграла грант фонда Потанина на социальный проект – занятия с детьми. Совсем маленьким воспитанникам интерната волонтеры читают сказки. Для ребят постарше проводят занятия. Ольга с подругой ведут кружок по цветопластике у детей от четырех до восьми лет.

В «Орлином гнезде» больше 50 детей от трех до 17 лет, некоторые из них инвалиды. Большая заслуга директора интерната, по мнению Оли, в том, что воспитанники постоянно заняты чем-то интересным.

«На первое занятие мы попали к группе детей-инвалидов. Страшно было. Когда вышли, подумали, что может быть не надо нам этим заниматься. Но потом нам дали группу обычных, здоровых детей. И только через год, после того как поменялось расписание, мы снова взяли инвалидов. Другое совершенно было отношение к ним, мы уже опытнее стали», – рассказывает студентка.

В группе у Оли, естественно, есть любимчики, но также естественно, что она этого не показывает. Просто «хорошо при встрече становится чуть-чуть больше».

Когда одного из ее подопечных забрали в семью, она радовалась вместе с ним. Хотя, признается, немного грустно, что больше не увидит ребенка – в конце концов, дети становятся почти родными. Сейчас девушка старается быть «всем одинаково другом» – и всем здоровым подопечным, и всем инвалидам. Отмечает, что уже после нескольких занятий перестаешь замечать, что ребенок – другой.

«Не знаю, смогла бы я тоже взять (ребенка из детдома)... Сейчас нет такой возможности. Но в любом случае сначала хочу завести своего ребенка. И вообще свой ребенок он как-то...» – задумывается Оля, «укачивая» воображаемого младенца.

«Свое?», – подсказываю я.

Девушка кивает.

Жизнь – море

Она любит путешествовать. В детстве много ездила по России. За последние годы посетила Испанию и Израиль. Много путешествует «по научной деятельности» – недавно вернулась с конференции в Абакане, сейчас собирается в Новосибирск.

«Сейчас занимаюсь йогой, в прошлом году молодой человек поставил меня на горные лыжи. Первый день падала, а потом начала кататься. Мечтаю заняться дайвингом. А еще когда-то хотела прыгнуть с парашютом», – рассказывает Блохина.

Деньги, не истраченные со стипендии, откладывает – копит на путешествия. Сейчас – на погружение под воду.

«Жизнь можно сравнить с морем: то ласковая и спокойная, то бури, волны, шторм… Иногда бывает так, что хочется опустить руки, когда волны и препятствия какие-то серьезные. Такое бывает в сессию, бывает в личной жизни, в науке, в детском доме. Но потом берешь себя в руки и делаешь. Смотрю на людей, которые были рядом со мной когда-то, но потом ушли, отчислились, например. И понимаю, что многим из них просто не хватило упрямства», – Оля снова улыбается.

Карина САПУНОВА, РИА Новости ©